Охранять тигра невыгодно, изучать - неинтересно

Последнее время в интернете стали появляться статьи с откровенным наездом на федеральные и региональные органы, ответственные за охрану амурского тигра. Тексты выходили за подписью группы хабаровских зоологов – участников программы мониторинга амурского тигра.

После одной из таких статей ушел с должности начальник хабаровского охотуправления Евгений Хлынов. На пенсию.

А у нас ружья нет!

Практически ежегодно хабаровские СМИ сообщают об очередном тигре, вышедшем к людям, задавившем пару-тройку собак, и, зачастую, в конце концов, застреленном кем-то из местных охотников. Последний пример – молодая тигрица, убитая в Ванинском районе.

Казалось бы, все правильно. Зверь неадекватен, вышел к людям, вместо того, чтобы сидеть себе спокойно в лесу, что же еще с ним делать прикажете?

- Понятно, что зверь не выходит к людям просто так, от нечего делать, - пояснил участник программы мониторинга амурского тигра, сотрудник Института водных и экологических проблем Алексей Олейников. – Обычная причина – голод или болезнь (ранение). И естественно, задача специалистов, в чьей компетенции находится охрана тигра, вовремя отследить появление зверя и принять меры для предотвращения несчастного случая. Отпугнуть от населенного пункта, отловить и поместить в пункт временной передержки, либо отстрелять. И, конечно, выяснить причины выхода к людям.

Статья в интернете, совпавшая с уходом на пенсию Евгения Хлынова, как раз и рассматривала данную проблему – почему такая, казалось бы, естественная схема действий, для хабаровских специалистов по охране тигра оказывается зачастую невыполнимой?

Почему они доводят ситуацию до крайности, ставя под угрозу жизни людей, и заставляя охотников отстреливать краснокнижных животных? После чего еще и собирают комиссию, выносящую гуманный вердикт, что охотник не виновен.

А кто же, в таком случае, виноват? А никто. Видимо, никто в нашем крае не получает зарплату за охрану амурского тигра. Даже в «Службе по охране животного мира и особо охраняемых территорий», находящейся в подчинении краевого охотуправления.

- Ситуация действительно такова, что сегодня заниматься охраной тигра невыгодно. Легче сделать вид, что конфликтного зверя нет, и позволить решить вопрос охотникам. Почему? Потому что, например, во всем Хабаровском крае нет ни одного ружья для обездвиживания животных. Вот в том же Высокогорном, рядом с которым погибла последняя тигрица, живет инспектор Службы по охране животного мира и ООПТ. Но как, спрашивается, он должен был ловить обреченного тигра?

Кстати, бывало, что охотоведы ловили тигров в Хабаровском крае практически голыми руками – с помощью рыболовных сетей, например. Но это, конечно, не выход.

Выход где-то рядом?

Выход один – звать специалистов из Приморья, у которых оборудование есть. Но у них свои дела, и пока они приедут, может произойти всякое.

- Понятно, что инспектор должен был сообщить о присутствии тигра начальству, и те должны были решить эту проблему в короткие сроки, не дожидаясь помощи из Приморья. Но это большая ответственность, необходима техника, оборудование, специалисты. А для того чтобы, например, получить официальное разрешение на отстрел опасного тигра, необходимо делать запрос в Москву, а время его ожидания может затянуться и на неделю. Кому нужен этот головняк? Поэтому, опять же, лучше делать вид, что конфликтного зверя нет, никто его не видел. Короче спустить все на тормозах, в надежде на авось.

Кстати, сами подписавшиеся под интернет-«наездом» биологи – в настоящее время вовсе не специализируются на охране тигра.

Вышло так, что московский Институт проблем экологии и эволюции РАН не смог договориться о сотрудничестве по мониторингу тигра с Дальневосточным филиалом ВНИИ охоты и звероводства, который занимался этим раньше. В результате главный хабаровский спец по тиграм Юрий Дунишенко теперь на эту тему даже разговаривать не хочет.

- Проводить мониторинг амурского тигра стало некому, и тогда специнспекция «Тигр» и московские специалисты, изучающие тигра, вышли на нас.

Молодые зоологи (у каждого из которых, между прочим, своя, вовсе не связанная с тигром, специализация и работа), окунувшись в «тигриную» тему, не побоялись поиметь проблемы на энное место, и озвучить ситуацию. При этом, назвав некоторые «ответственные» фамилии.

- Кстати, совсем недавно мои коллеги по программе мониторинга Платон Майстренко и Сергей Колчин опубликовали еще один материал в Интернете, на сайте bigcats.ru. О еще более важной проблеме, связанной с тигром – о возможности его выведения из Красной книги.

Брысь отсюда!

Так уж вышло, что решать судьбу нашего амурского тигра – в компетенции московских ученых. Устами которых в последнее время озвучивается очень странное предложение – вывести амурского тигра из Красной книги. Мол, на протяжении длительного времени его численность стабильна, и даже выходит за пределы ареала. Поэтому – чего ж его охранять?

- Понятно, к чему это может привести – как только тигр будет выведен из Красной книги, на него тут же откроют элитную охоту. Об этом, кстати, уже давно ходят разговоры в определенных кругах.

Спрашивается, каким образом у московских и дальневосточных специалистов оказались столь разные взгляды на состояние популяции тигра? И если в столице считают, что его уже чуть ли не отстреливать пора, так много развелось, то в регионе взгляды на это практически противоположные.

- Дело в том, что численность тигра определяется по результатам ежегодного мониторинга на так называемых модельных площадках. Наша группа обрабатывает одну такую площадку, всего их 15 (16-ая была в Большехехцирском заповеднике, где тигра нет с 2007 года). Но дело в том, что, во-первых, большинство площадок находятся в оптимальных для вида местообитаниях, а во-вторых, они занимают всего 15-18 процентов пригодной для обитания тигра территории. Естественно, что адекватной картины о численности и ее стабильности они не дают.

Еще один момент, который, думается, наводит москвичей на мысль о том, что с популяцией тигра все лучше некуда – незаинтересованность дальневосточников в его охране и изучении. И если в Приморье этими вопросами занимаются иностранные фонды и общества, то в Хабаровском крае есть только  вышеупомянутое охотуправление, руководство которого, за неимением средств и возможностей, предпочитает просто закрывать глаза на гибель животных.

- На протяжении нескольких лет в охотуправление направлялись предложения о создании специализированной группы по работе с попавшими в беду дикими животными, в том числе и с тигром. Но никакой ответной реакции не было. Возможно, теперь, при новом начальнике, что-то изменится.

Кстати, возвращаясь к выходящим к людям тиграм – даже в случае их удачной поимки, в Хабаровском крае просто нет места для их временной передержки и реабилитации. И, если вспомнить, ту же тигрицу Роскошь отправили с этой целью в Приморье – в зоологический стационар в поселке Гайворон.

- Сейчас, опять же в Приморье, под Владивостоком, американцами построен еще один стационар для реабилитации тигров. Но проблема в том, что на таком стационаре нужны грамотные специалисты, энтузиасты, преданные этой работе. Но в Хабаровском крае сейчас вообще нет подобных специалистов, а в Приморье такой человек только один – Виктор Юдин, но он уже занимается стационаром в Гайвороне.

Таким образом, имеем мы следующее. Москвичи (читай – федеральные структуры) охранять тигра не хотят, но могут (у них есть деньги), американцы хотят и могут, но вопрос в том, как это у них получится без специалистов. Ну, а мы у себя в Хабаровском крае и не можем, и не очень-то хотим.

Пусть его Путин охраняет?..

Татьяна ВЛАДИНА,

"АиФ-Дальинформ", №17, 2012

Статьи в рубрике