Свиньей зарыться в апельсины!

Как оказалось, основной свой доход индейские племена в США получают при перераспределении доходов от казино. «Богатые» племена платят федеральный налог в размере 10% от сумм, взимаемых с казино. И эти средства перераспределяются между племенами, у которых казино нет.

Продолжаю свои агентурные записки по поводу пребывания в США. Следующий пункт нашей поездки – Сан-Диего. Это приморский город, с небольшим даун-тауном, но огромной протяженностью вдоль берега океана, почти незримо переходящий в десятки прибрежных городков.

Наша гостиница напротив круизного причала. В гавани стоит какой-то большой военный корабль и покачиваются десятки или даже сотни яхт и яхточек. Земля, видимо, на побережье дорогущая, везде полно красивых больших коттеджей.

На следующий день отправляемся в индейскую резервацию племени Лахойя. По пути к «нашей» резервации проезжаем территории еще двух индейских племен. Этим племенам повезло на разряд больше, чем Лахойя – на их землях находятся казино. Проезжаем одно из казино: отели, бары, парковки - все атрибуты. Само собой, не индейцы рулят игорным бизнесом, но получают от него нехилые дивиденды. Племя Лахойя по сравнению со своими собратьями нищее, как шутят наши американские гиды. Ну, или не шутят – мерки-то у них американские, а не российские.

Дорога идет вдоль апельсиновых плантаций – обалденно. Хочется выскочить из машины и свиньей зарыться в апельсины. Земли здесь скудные, солнце палит, осадков мало, но налаженная система полива апельсиновых рощ делает чудеса – пустыня преображена в плодоносные земли.

Местами апельсиновые деревья сменяются кустами авакадо. В отличие от апельсинов вкус этого фрукта я еще не понял – в наших «самбери» они всегда какие-то зеленые. Надо попробовать как-нибудь на подоконнике с недельку подержать.

Резервация племени Лахойя находится примерно в 2 часах езды от Сан-Диего, зажатая между высокими холмами. На входе в школу нас встречает индеец подобающих представителю племени размеров, с какой-то штукой в руках вроде толи царской державы, толи булавы без шипов. Как потом оказывается, это ритуальная трещотка, которую индейцы используют в своих национальных танцах.

Усаживаемся в школьном классе. Беседу ведут Джеймс и Адам. Вообще-то вождем племени является женщина – она была в отъезде, на встрече не присутствовала. Должность эта у индейцев выборная. Но тому, что индейцами правят не лихие мастера по добыванию скальпов, а их слабые скво, удивляться не стоит – должность эта сродни Главе села в России. У нас ведь тоже поселениями сплошь заправляют женщины, и ничего.

Кстати, в классе сидела еще одна женщина, бывшая вождь племени. Жаль, не спросили, сколько времени длятся полномочия вождя. Вообще, у них там многое завязано на родственных отношениях, и я как-то сразу потерялся, кто кому сын, брат или сват – Джеймс вождю племени, Адам – Джеймсу, или вождь им обоим.

Вместе с вождем племени дела решают многочисленные комитеты – вроде местного парламента. Вопросов местного значения там куча, они в основном идентичны вопросам из нашего 131-ФЗ.

Перед началом разговора индейцы показали кусочек своей древней культуры – ритуальные песни (скорее, мантры) и танцы. Маленькие девочки с косами на самом деле оказались мальчиками – прикольно!

В США во времена Маккарти относительно индейцев действовала какая-то недружественная политика – детей забирали в интернаты, отучали их говорить на своем языке – только инглиш. Теперь индейцы свои языки восстанавливают – разные племена, видимо, с разной скоростью.

Если я все правильно понял, то территория, которую населяют индейцы, имеет определенный суверенитет, при котором племенные установления берут верх над федеральным законодательством. То есть, это как бы малые государства, которые могут вступать другом с другом в союзы, объединять капиталы.

Допустим, Лахойя не тянет собственную больницу, но софинансирует больницу, которая находится на территории родственного племени. Однако, полностью реализовывать свой суверенитет индейцам не хватает возможностей и, по-моему, желания. Они могли бы иметь, скажем, собственный суд, и даже судить американцев, которые напроказили на их территории. Но тогда они должны были бы иметь и тюрьму, где осужденные «мотали срок». На тюрьму денег нет, поэтому суверенитет применяется выборочно.

Индейцы живут на довольно скудных землях, и я здесь ничего нового не говорю. Они на 99% зависимы от федеральной политики, и их суверенитет немногим значительнее фигового листка.

Но вот другое дело наши, скажем, коренные народы Севера. С ними никто войны за земли не вел, в резервации не помещал, их исторические места поселений в целом сохранились.

Меж тем, нельзя не заметить, что в то время как российские НКО, получающие иностранное финансирование, находятся по ураганным правовым прессом, поддерживаемым медийным остракизмом, то некоммерческим организациям КМНС гранты никто получать не мешает. И никто не контролирует. И попробуй только представителям «коренных» возразить…

У меня был такой опыт, когда я помешал «коренным» выпрашивать деньги у какого-то канадского фонда сообщением, что села «коренных», в отличие от сел, населенных русскими, не вымирают, а даже прибавляют в численности населения. О, меня чуть ли не на Нюрнбергский трибунал с того совещания не потащили. Стало быть, поддержка сепаратистских настроений среди КМНС не идет вразрез с политикой Кремля.

Вернемся к индейцам – теперь про деньги. Развивать плантации апельсиновых деревьев на территории Лахойя по какой-то причине не получается, так что с работой было бы проблематично, если бы не «лагерь».

Лагерем они называют бивуаки на берегу маленькой речушки, которая протекает по их земле. Я не знаю, что движет американскими семьями, которые решают провести уик-энд на берегах этой речушки, когда до океана рукой подать… Однако, что-то да движет.

И цены в лагере очень даже приличные – до 40 баксов за машину в сутки, плюс 15 за трейлер (можно и дешевле, если не использовать электричество и воду племени). За групповые заезды и вовсе мохнато: за компанию из 5 машин до 400 долларов за 3 дня и 2 ночи. В лагере работает около 50 человек: открывают шлагбаум, ведут расчеты, обеспечивают охрану…

Но основной свой доход племя получает при перераспределении доходов от казино. «Богатые» племена платят федеральный налог в размере 10% от сумм, взимаемых с казино. И эти средства перераспределяются между племенами, у которых нет казино. На долю Лахойя приходится… 2 млн. долларов в год. Недурно, если учесть, что в племени 700 человек, из которых живет в резервации не более 400.

Хотел бы я жить в маленьком российском селе, бюджет которого составлял бы 60 млн. рублей! Для тех, кто не в теме, поясню: среднестатистический бюджет нашего села с населением в 700 человек составляет примерно 0,8-1 млн. рублей.

Помолившись и накормив нас ланчем, индейцы довольно долго и упорно рассказывали о своем проекте по строительству культурной зоны: беседки, спортплощадки… Проект разработала и продвигает группа из 16 женщин. Они получили грант в размере 5000 долларов, чего оказалось мало… теперь проводят праздники и лотереи, добывают недостающие средства.

Пользуясь случаем, разложили перед нами свои фенечки, по 20 баксов за штуку. Не, русским фенечки не нужны. Я, впрочем, проникся их площадкой – у нас в селах такие же проекты, как индейцев не поддержать – и купил фенечку с индейской рыбкой, поедающей шарики, и католическим крестиком.

Погуляв по площадке, мы сделали круг по резервации, заехали в «лагерь»… (Почему-то индейцы не выпускали нас из машины, может, опасались, что на жаре мы получим солнечный удар?) Затем мы сели в свои машины и понеслись обратно, мимо апельсиновых плантаций.

Тут уж я не удержался, и перекусил апельсинчиком с земли. Мои почти эротически стоны при поедании этого фрукта не на шутку перебудоражили женский состав делегации… Да, давненько мы уже вдалеке от своих семей…

На следующий день черт дернул меня пойти за нашими женщинами в местный парк аттракционов – убил 100 баксов, почти весь день, да и в Харбине парк был не хуже, разве что морских касаток нету... Зато есть сафари с доброй сотней тигров, которые валяются под всеми кустами.

Да, еще прокатился на «американских горках» – и уже в первые секунды понял, что совершил большую ошибку. Наверно, прыгать с парашютом и то не так страшно. Девчонки сзади вопили так, что перепонки целовались левая с правой… Мама, роди меня обратно!

И, главное, какой в этих горках смысл?