Товарищ Сталин, разрешите помолиться!

Сгоревший на днях деревянный православный храм Александра Невского на Базе КАФ был старейшим в «новой хронологии» православия в Хабаровске. Он открылся в конце сентября 1943 года – первым на советском Дальнем Востоке. 

До этого 13 лет православия (как и любой другой религии) на ДВ как бы не было: все храмы были закрыты, и частью снесены, частью отданы под хозяйственные нужды. Почти все священники отбывали сроки.

Внезапно

Снова “появилось” православие совершенно внезапно. И не от хорошей жизни государства.

Шла война, и Сталин изыскивал все возможные средства для поднятия морального духа в стране. В качестве одного из средств “изыскали” и православную церковь.

Известно, что 4 сентября 1943 года Сталин встретился в Москве с патриаршим местоблюстителем митрополитом Сергием. Поблагодарил его за средства, собранные верующими на нужды армии, порасспросил о церковных делах. Предложил даже обеспечить руководство церкви пайками и персональными машинами (от этого Сергий отказался) и пожелал всяческих успехов. После ухода церковного начальства были даны соответствующие распоряжения “по партийной линии”.

Пожелания вождя были исполнены незамедлительно. В том числе и в Хабаровске. Уже 7 сентября 1943 года хабаровский крайисполком постановил: “на основании многочисленных обращений верующих” зарегистрировать православную общину, а под храм отдать в аренду здание магазина “Главхлеб” на базе КАФ. Двумя неделями позже в храме, названном в честь Александра Невского, провели первые службы.

Конечно, маленький магазинчик не был приспособлен для церковной службы. Его пришлось срочно переоборудовать.

“Прозорливостью творца славной конституции СССР – великого Сталина – обеспечена свобода совести и вероисповедания, - писал церковный совет вице-адмиралу Октябрьскому, командовавшему тогда Амурской флотилией. И далее переходил к насущной проблематике: - Крыша дома дает обильное течение атмосферных осадков вовнутрь храма... Церковный совет не видит иного выхода, кроме как обратиться к вам, гражданин адмирал, с просьбой о помощи”.

Совет просил у адмирала помочь в постройке алтаря, выделении квартиры для священника и перекрытии крыши. Помощь пришла: в течение осени храм был приведен в божеский вид. От арендной платы общину освободили.

Тем временем органы НКВД провели “инвентаризацию” священников. Вне лагерей и тюрем в Хабаровском крае (а в него тогда входили и Амурская область и Магаданская) таковых обнаружилось шесть человек. Причем трое из них находились на поселении после отбытия срока. Настоятелем храма был назначен отец Даниил (Фурман). Вторым священником - отец Георгий (Молоствов).

Профессор пустословия

Сталин не ошибся в оценке благотворного влияния, казалось бы, уничтоженного православия на русский народ. Храм Александра Невского, расположенный на самой окраине Хабаровска, был постоянно переполнен. Шли не только городские, но и люди из окрестных сел (часто - за сотни километров). “Идут люди разных возрастов и положений... Есть случаи посещения церкви офицерами Красной армии. Священником Фурманом сообщен факт о венчании майора и военного врача”, - писал в крайком партийный куратор храма Тулупов.

В пасхальные дни 1944 года у храма собралась толпа в несколько тысяч человек. Началась давка, были выбиты стекла, сломан клирос и поврежден алтарь.

Одновременно среди всех двоих хабаровских священников начался раскол.

“Откололся” Георгий Молоствов, которого после серии скандалов отстранили от дел - вести службы ему было запрещено. Несмотря на это он все равно ходил по домам и продолжал "несанкционированные молитвы".

Вот как доносил в письме крайкому председатель общины Николай Лукашук об одном из теологических диспутов: “Меня стали бить в храме, выбрасывать за порог...”. Заканчивалось письмо просьбой отправить автора «на фронт против немецких захватчиков ввиду невозможности терпеть далее деятельность профессора богословия, а точнее, пустословия» (это про Молоствова).

Крайком товарища Лукашука на фронт не отправил. Зато отправил куда подальше его оппонента. “На основании существующих законоположений ему (Молоствову) было запрещено отправлять религиозные обряды. В связи с тем, что он продолжал их отправлять, был органами НКВД выслан в Среднюю Азию”, - доложил спустя некоторое время Тулупов вверх по инстанции.

Разрешите помолиться!

ЗА время войны хабаровские прихожане собрали в фонд обороны более 109 000 рублей. 9 мая был отслужен молебен по случаю Дня Победы. 14 мая православные даже собирались по этому поводу провести крестный ход. Но это был уже перегиб, и санкции крайисполком не дал.

25 мая 1945 года власти разрешили передать верующим еще одну православную церковь - Христорождественский собор на улице Ленинградской (там располагался детский сад ДВЖД). На этом церковный “ренессанс” в Хабаровском крае заглох. Войны кончились - началось закручивание гаек: надобность в православии отпала.

С тех пор советская власть вела религиозную работу ни шатко, ни валко. Священников больше не сажали, старых церквей не рушили - однако и новых открывать не позволяли - вплоть до перестройки и начала рыночных реформ.

Народ этой политики не понимал, и письма с просьбой разъяснить, разрешено православие, или запрещено, шли в Москву пачками.

Например, одно из таких писем, 1952-го «года выпуска» от группы верующих из Комсомольска-на-Амуре заканчивалось так: “Товарищ Сталин! Иосиф Виссарионович! Просим Вас дать разрешение какое-нибудь. Можно все-таки молиться или нет? Мы уже второй год молимся”.

Ничего не ответил товарищ Сталин. Наверно, потому что был занят в 1952 году не православным, а уже еврейским вопросом.

Статьи в рубрике