Дело «аццкого взяточника» Миныча

Помню, как год назад Миныч написал пост в Фейсбуке: мол, я объявлен взяточником. А через некоторое время, вдогонку, приписал что-то вроде: ну, некоторые коллеги, я вас всех запомнил и переписал в свою черненькую книжечку!

Это он так о тех, кто опубликовал в своих СМИ полицейский пресс-релиз о «задержании с поличным» журналиста Сергея Мингазова. 

Характеризуется непосредственно

На самом деле, насколько мне известно, только две хабаровские редакции опубликовали сообщение об этом, и они до сих пор висят на яндексе – РГ и «Востокмедиа».

Скажу за себя – я в эту тему особо не вникала. Потому что взял там Миныч что-то, или не взял – никто из нас ничего точно знать и утверждать не мог. Мы могли только выразить свое отношение к этому. Мое было таким: ни чернее, ни белее от этого Миныч в моих глазах не стал. Каким был, таким и остался.

Вчера началось судебное разбирательство по минычевскому уголовному делу. И если б не этот сайт, я бы в суд, конечно, не пошла – в нормальной газете разве про такое напишешь?

Сразу хочу предупредить тех, кто настроился на позитивное чтиво в стиле «мы грудью встанем на защиту Миныча!». Никаких соплей о том, что Миныч – шоколадный зайка, а злые люди (гады-гады!) пытаются смешать шоколад с какашками, здесь не будет. Ибо, журналистика жеж должна быть непредвзятой.

И хотя в журналистскую непредвзятость я верю слабо, все ж таки попытаюсь писать так, словно Миныч – вовсе не Миныч, а просто некий, как указано в следственных документах, «полноватый мужчина», который, со слов участкового, «характеризуется непосредственно».

Итак, погнали.

После того, как все мы расселись и судья Подолякин проверил мое удостоверение, гособвинитель Маслов зачитал то, что ему и положено было зачесть – обвинительное заключение. Из которого следовало вот что.

16 ноября на сайте информагентства «Амурмедиа» (я понимаю, что всем это название уже оскомину набило, поэтому дальше будем называть его просто «контора») была размещена новость под заголовком «Многомиллионный проект мэрии столицы ДФО на самом деле оказался гололедной ловушкой для жителей». Этот самый проект в районе остановки Южно-портовая осуществило ООО «НПК «Спецмоствосток», которое посчитало, что заметкой нанесен ущерб его деловой репутации. Хотя, название ООО в тексте не было - чего, спрашивается, вставать на дыбы?

Сотрудник данного ООО по фамилии Савченко обратился в редакцию с требованием снять новость с ленты. Мингазов, как руководитель конторы, согласился сделать это за 30 тысяч рублей.

25 ноября заметка Мингазовым была снята с ленты, а через некоторое время он, сев в машину «Мицубиси-Челенджер», получил за это от Савченко 30 тысяч рублей. Однако стоило ему только выйти из машины, как навстречу – серьезные парни сами понимаете откуда. Да еще и со списком номеров переданных Минычу меченых купюр.

Что переживает в подобные моменты человек – страшно даже если смотришь про такое в кино.

Судья поднял Миныча: вам понятно, обвиняемый, в чем вас, собственно, обвиняют? Миныч задумался. Я, говорит, всегда считал, что преступник – это тот, кто нанес кому-то ущерб, а кому я его тут нанес?..

Судья: так вы не понимаете или не согласны? Совместными усилиями судья и Миныч пришли-таки к выводу, что обвиняемый не согласен. Но понимает.

Просто решили проучить?

Что касается позиции обвиняемого, она такова: я оказал услугу, взял за нее деньги. А люди пошли в милицию. Кому я причинил ущерб? Никому. Меня просто решили проучить.  

Тут нужно уточнить, что обвиняют Миныча в коммерческом подкупе, где основополагающее понятие «незаконная передача» чего-то там, в данном случае, денег.

И тут есть два ракурса. Первый: Миныч берет деньги за услугу, которую оказывает контора, деньги кладет себе в карман. Незаконно? По-любому. Второй ракурс: Миныч берет деньги, и несет их в контору, чтобы купить, допустим, новый ноутбук для редакции. Незаконно? А вот это еще вопрос.

Но поскольку Миныч с деньгами до конторы так и не дошел, но шел-то именно туда – он вправе утверждать, что себе в карман деньги класть и не собирался. На чем он, собственно, сейчас и стоит.

Все это, конечно, очень хорошо. Но есть одна пакость. Миныч сел в машину. Если не хотел брать деньги себе, почему не взял их в конторе? Да и вообще: неужели в Доме радио, где располагается контора, нет укромных мест? Тыщу раз писать про все эти взятки и меченые деньги – и попасться как мальчик…

Ну и как ты будешь, спрашиваю, объяснять все это в суде? Объяснять же, блин, придется. «Ну, мол, он сказал, что торопится, а я как дурак…» «Почему как?», - резонно замечает минычевский адвокат Шинкевич. Что и говорить – «как» тут явно лишнее.

Не знаю, стоит ли писать обо всех нюансах этого дела – их полно.

Вызвали свидетелем Олю Шульгу (кто не знает, она работала в конторе одновременно с Минычем – в отделе рекламы). Блин, и за что такие мучения свидетелям – невинным совершенно людям?

Оля, как могла, рассказала судье о принципах работы информагентства. Нет, устаревшие новости, никто не удаляет, они архивируются. Да, их можно найти с помощью поисковиков. Да, Мингазов имел право снять новость с ленты.

Вот тут, честно говоря, тоже есть момент. С одной стороны, в суде была озвучена информация о том, что снимаются заметки только с ведома приморского руководства (Примамедиа). И что на пульте оно (руководство) всегда может увидеть: кто из подчиненных что сделал. С другой стороны – Миныч имел право.

Момент, мне кажется, важный: если Примамедиа все знала, это в пользу Миныча. Значит, в его действиях не было ничего секретного, приморское руководство было в курсе, и Миныч просто делал свою работу – взаимодействовал с клиентом конторы.

По мнению адвоката, это вообще самый главный вопрос – имел ли Миныч право таким образом взаимодействовать. И если имел, то неважно, где он это делал – хоть в машине, хоть в туалете.

Работу можно делать везде?

Машина, кстати, адвоката, в отличие от меня, совершенно не смущает: мол, свою работу можно делать везде.

И вот именно на этот предмет все присутствовавшие на суде (кроме меня и секретаря) серьезно допрашивали Ольгу.

Дело в том, что бухгалтерии в конторе нет. Рекламодатели перечисляли деньги по безналу. Наличку же отдавали Минычу, который мог тратить их на текущие расходы – типа чай-кофе, покупать оргтехнику и т.д. И по чекам отчитываться во Владик.

Но в чем проблема ситуации с Минычем, и с той наличкой, которую он получил от Савченко. Ведь мало того, что он взаимодействовал в машине, так еще и без договора!

Однако, на его наводящий вопрос Ольга пояснила, что в принципе в конторе разрешалось взаимодействовать с физическими лицами без договора, хоть ей самой и не доводилось.

Кстати, надо еще внести кое-какие уточнения. Изначально Савченко встречался с приморским руководством конторы. И они предложили ему заключить долгосрочный рекламный договор. Мол, тогда и снимем новость. Однако, товарищ категорически отказался заключать договор, и хотел только снять заметку.

Понятно, что вряд ли он рассчитывал, что ее снимут бесплатно. С тем, надо понимать, и пошел к Минычу. Который, кстати, отрицает, что вообще что-то вымогал. Оно и понятно: раз надо было товарищу, то и предложение заплатить, по логике вещей, должно было исходить именно от него. Миныч мог только согласиться либо отказаться.

Однако, есть еще один момент, который не очень укладывается в картину взаимодействия Миныча и товарища. Дело в том, что в прайсе конторы нет услуги по блоку (снятию) новости. По словам Ольги, в практике агентства были лишь случаи снятия новостей постоянных клиентов, или тех, кто согласен сотрудничать.

Короче, если уж честно, при желании Миныча вполне можно порвать на мясо. Но! К его счастью, в нашей стране есть закон, который принято ругать, и юристы, которые смотрят на ситуацию совсем под другим углом, нежели журналисты с их причинно-следственными связями в стиле «бабка за дедку, дедка за репку».

И вот тут мы подходим к самому весомому аргументу защиты, который, чтобы был еще весомее, я оставила напоследок. Оказывается, в деле Миныча нет пострадавшего. Отсюда и его слова судье: мол, кому тут я нанес ущерб?

В чем фишка? Оказывается, согласно комментариям к ст. 204 УК РФ (коммерческий подкуп): «16.3. В соответствии с п. 24 Постановления Пленума ВС РФ от 10.02.2000 N 6 освобождение лица, совершившего коммерческий подкуп, от УО по мотивам добровольного сообщения о совершении преступления не означает отсутствия в действиях этого лица состава преступления. Поэтому оно не может признаваться потерпевшим и не вправе претендовать на возвращение ему ценностей, переданных в виде предмета коммерческого подкупа».

То есть, товарищ Савченко, написавший заявление на Миныча, пострадавшим быть не может по определению. А его начальник, гендиректор ООО почему-то заявление не пишет, и проходит по делу как свидетель. Это раз.

А как гласит закон,  уголовные дела по преступлениям, перечисленным в гл. 23 УК РФ (куда относится и коммерческий подкуп), разрешают возбуждать только по заявлению потерпевшего - гендиректора компании или ее владельцев с долей не менее 25%.

То есть, выходит, что как и заявил на суде адвокат Миныча – дело возбужденно незаконно.

Почему гендир ООО не пишет заявления – непонятно, в суд он не явился. Что думают люди из Владивостока – неизвестно, их в суде тоже не было. Хотя, их заявление о том, что «Миныч имел право» сняло бы многие вопросы.

В общем, на фоне всего этого великолепия, Миныч уверен, что вполне может рассчитывать на оправдательный приговор. Обвинительный же, по его словам, ему страшен не столь в плане судимости, сколько в материальной части.

- Нет, ну я и судимость не хотел бы иметь, а кто хотел бы? Но самое главное – штраф. Тридцать тысяч в 30-кратном размере – это миллион. А у меня и так долгов хватает…

Следующее заседание будет 22 ноября. Некоторых свидетелей будут доставлять приводом.

ТВ

Статьи в рубрике